Русская Литература вики
Advertisement
Ставрогин04 (д)

Максим Матеев в роли Николая Ставрогина, "Бесы", телесериал 2014, режиссёр: Владимир Хотенко

Николай Всеволодович Ставрогин - главное действующее лицо романа.

Общие сведения[]

28 лет. Единственный сын Варвары Петровны Ставрогиной.

Характеристика личности[]

Николай Всеволодович - типичный "папенькин сынок", мажор. От безделья и праздности он начинает кутить. Также свою пагубную роль сыграло неправильное воспитание, данное ему Степаном Трофимовичем, по сути ставшем ему отчимом, но так никогда и не доросшим до образчика мужского поведения для маленького Николя. Таким образом, все детство и юность Николая Всеволодовича прошли в преимущественно женской среде, где его холили и лелеяли. Немногочисленные же мужчины (тот же Степан Верховенский) не проявляли традиционно мужских качеств. Что в совокупности с твёрдохарактерной, но робевшей перед единственным своим сыном матерью вылилось в значительный перекос в характере Николая Всеволодовича.

К моменту наступления совершеннолетия он представлял собой довольно слабохарактерного (внешне) и чувственного мальчика. После поступления в лицей характер его радикально изменился. Возможно, сказались порядки, имевшие место в среде лицеистов. Как бы то ни было, но в лицее "скромненький" Николя раскрылся, раскрепостился. Он стал шалить, и притом сумел заработать себе уважение среди сверстников. Что доказывает силу его характера и способность к приспособлению.

Затем всё это лишь усугубилось с поступлением в армию, в гвардейский полк, где он вёл разгульный, развратный образ жизни. Что в конечном счёте вылилось в разжалование в простые солдаты.

Так Николай Ставрогин впервые на практике довёл себя до состояния практически полного уничтожения. В дальнейшем он так никогда и не смог найти для себя достойной цели в жизни. Он искал эту цель в преступлении нравственных и моральных устоев, таким образом, давая самому себе вызов. И всегда выходил победителем. В его "послужном списке" были многие деяния: убийства на дуэли, отравление, всевозможные подлости в отношении как мужчин, так и женщин, в главе "У Тихона" он рассказывает, как развратил маленькую девочку; после он женился на душевнобольной женщине, а затем и вовсе покончил жизнь самоубийством. Всё это показывает душу мечущуюся и заблудшую.

Как характеризует его архиерей Тихон (глава "У Тихона"):

"великая праздная сила, ушедшая нарочито в мерзость".


Жизнь до событий в романе[]

Николай Всеволодович Ставрогин родился в обеспеченной дворянской семье генерал-лейтенанта Всеволода Николаевича Ставрогина и дочери "одного очень богатого откупщика" - Варвары Петровны.

Отец его скончался в 1855 году "весной, в мае месяце", "от кишечного расстройства", которое у него случилось по дороге в Крым, куда он ехал по назначению в действующую армию. Был он "старец легкомысленный" и не очень богатый (всего только имение на "полтораста душ", да связи в высшем обществе).

В последние года четыре отец его с матерью жили фактически порознь, "по несходству характеров". Варвара Петровна, впрочем, "производила пенсион" мужу, так как и имение в Скворешниках, и всё богатство принадлежали ей. По смерти мужа обратилась в траур.

Также в последние несколько лет мать его сошлась с отставным коллежским асессором Степаном Трофимовичем Верховенским, который стал ей близким другом. Именно его Варвара Петровна и определила в воспитатели своему сыну Николя.

Степан Трофимович избрал довольно оригинальный подход к воспитанию своего подопечного: он расценивал тогда ещё очень юного Николая Всеволодовича как уже взрослого человека. И, соответственно, посвящал ему все свои тайны и переживания.

В результате это аукнулось тем, что молодой Николя преждевременно стал развращён жизнью. И по наступлению подросткового возраста ударился в самую бесстыдную разнузданность.

Предположительно в лицее он сошёлся с Петром Степановичем. После чего мать определила его через свои связи в армию в один из элитных полков. Николай Всеволодович успел побывать в боевых действиях. Так, он, предположительно, участвовал в подавлении польского восстания в 1863 году.

Свои выходки он продолжил и в армии, где они стали только ещё неистовей, подкреплённые непрестанными попойками, кутежами и общим "лихим" настроением в офицерском обществе. Так, упоминалось о нескольких его дуэлях, в которой одного человека он убил, а другого покалечил. Также были многочисленные кутежи, "задавленные рысаками люди". В результате всего этого Ставрогина по приговору военного суда разжалуют в рядовые.

Мать денно и нощно слала письма за своего сынка соответствующим лицам, в общей сложности вышло что-то около сотни писем. И, наконец, спустя какое-то время Николаю Всеволодовичу выпала возможность выслужиться. Там его "что-то очень уж быстро вновь произвели в унитер-офицеры". А там спустя короткое время и он сам вышел в отставку.

Дальнейшая жизнь Николая Всеволодовича менее известна. После отставки он переехал в Петербург, где сошёлся со всяким отребьем петербургского общества, с "какими-то бессапожными чиновниками, отставными военными, благородно просящими милостыню, пьяницами". Он запил, посещал все попойки, где щедро поил своих собутыльников. О том, что происходило в этот период его жизни сам Ставрогин рассказывает в своём признании в неизданной главе "У Тихона" (не является канонической, так как частично материал, предназначавшийся для описания Ставрогина был позже использован автором в романе "Подросток" для описания другого персонажа - Версилова).

Затем мать уговорила его таки переехать в Скворечники. Так он впервые появился в обществе уездного городка. Поначалу он произвёл очень хорошее впечатление. Однако позже дали о себе знать проявления всё той же "дикой разнузданности", хотя и в гораздо меньшем, можно сказать, щадящем виде. Так, на одном балу у губернатора он прилюдно ухаживал за женой одного местного чиновника - Липутина, и даже поцеловал её при всех в губы "в полную сласть, раза три". Другие случаи произвели впечатление ещё более неистовое (протащил одного старичка в буквальном смысле за нос при большом скоплении народу, кроме того, укусил за ухо своего дядюшку губернатора, когда остался с ним наедине).

И хотя в дальнейшем всё объяснилось сильнейшим приступом "белой горячки", в порыве которой он разбил окно в тюремной камере, куда его поместили, изрезал руки и пытался разогнуть прутья решётки. Но всё-таки и в обществе, и среди родных решили, что лучше ему будет на некоторое время уехать за границу "попутешествовать".

Так он и оставил общество на целых четыре года. О том, где побывал, Хроникер рассказывает со слов Степана Трофимовича: "Наш принц путешествовал три года с лишком [...] он изъездил всю Европу, был даже в Египте и заезжал в Иерусалим; потом примазался где-то к какой-то ученой экспедиции в Исландию и действительно побывал в Исландии. Передавали тоже, что он одну зиму слушал лекции в одном немецком университете. Он мало писал к матери — раз в полгода и даже реже."

Так же сам Ставрогин рассказывает в своей "исповеди" в неизданной главе "У тихона", где он побывал. Он был на Востоке, на Афоне выстаивал всенощные, был в Египте, жил в Швейцарии, был даже в Исландии. Целый годовой курс прослушал в Геттингене. Кроме того, два года назад (до событий в романе) он был проездом в Франкфурте, а год назад - в Париже и проездом в Германии.

Он был принят в семействе графа К. и отправился вместе с ними в Париж. Там Ставрогин сошелся с семейством Дроздовых и в частности с Лизой Тушиной, молодой дочерью Прасковьи Ивановны Дроздовой (дочерью от первого брака). В Париж к нему приехала и мать Варвара Петровна вместе со своей воспитанницей Дашей Шатовой, после получения письма от Прасковьи Ивановны. Прасковья Ивановна была давней пансионской подругой Варвары Петровны.

К Лизе в это время сватала своего родственника Маврикия Николаевича Юлия Михайловна фон Лембке, супруга нового губернатора Андрея Антоновича фон Лембке. Она имела виды заручиться родством богатого семейства Дроздовых. Хотя сам Маврикий Николаевич и был против этой интриги. Лиза также была против.

Варвара Петровна, узнав об интриге, мигом "все переделала". Она свела Николая Всеволодовича с Лизой, и перетянула на свою сторону Прасковью Ивановну. Так что даже Николай Всеволодович, наконец, вынужден был просить мать, чтобы она повременила "до времени", и не хлопотала для него насчет Лизы.

Из Парижа Дроздовы отправились путешествовать по Швейцарии, и Ставрогины сопровождали их. Некоторое время они путешествовали все вместе. Туда же в Швейцарию к ним приехал из Петербурга и Петр Степанович.

Ставрогин попросил мать возвратиться обратно в Россию, сам же обещал ей приехать в ноябре. Варвара Петровна не стала перечить сыну, и уехала.

После отъезда матери у Николая Всеволодовича и Лизы "что-то произошло", причем, как оказалось, тут замешана и Даша Шатова. По мнению Прасковьи Ивановны, размолвка между Николаем Всеволодовичем и Лизой произошла "по гордому и строптивому характеру Лизы". Лиза даже нарочно приблизила к себе Петра Степановича (который, вероятно, в нее был влюблен), чтобы заставить Ставрогина ревновать. Но тот напротив, как бы нарочно даже близко сошелся с Петром Степановичем, и стал с ним дружен. Петр Степанович вскоре "куда-то уехал". Лиза же все более и более придирается к Ставрогину.

В конце концов, Николай Всеволодович уезжает в Петербург вместе с семейством графа К. (которое повстречал на Рейне). Прасковья Ивановна сказала, якобы Николай Всеволодович получил "письмо от графини", и собрался буквально за день. (Между прочим у графа три дочери, и все - невесты) Простились Ставрогин с Лизой по-дружески, Лиза даже была как-то уж слишком весела и все постоянно хохотала. Только все это было напускное. Когда же Ставрогин уехал, стала очень задумчива и отказывалась разговаривать о нем.

Варвара Петровна, узнав о размолвке Николая Всеволодовича и Лизы, послала ему письмо в Петербург, в котором умоляла его приехать хотя бы на месяц раньше назначенного срока.

Из Петербурга уже он возвращается в свой родной город, в имение Скворешники, где и произойдут все события, описанные в романе (а также описанные в неизданной главе "У Тихона").

События, описанные как текущие в романе[]

Николай Всеволодович является в город после своего четырёхлетнего отсутствия. Вместе с ним в город приезжает и Пётр Степанович Верховенский, ехавший вместе с ним из Женевы в одном вагоне. По приезду Николая Всеволодовича в городе начинают происходить всевозможные скандальные события, в которых напрямую он никогда не участвовал, но на которые он так или иначе "вдохновил" главного революционера - Петра Верховенского, а также некоторых других людей.

Помимо этого, у самого Ставрогина появляется ряд своих дел. Это визиты, которые он совершает перед тем, как вызвать на дуэль Артемия Павловича Гаганова. Также возобновившиеся после Женевы связи его с Дарьей Павловной Шатовой и Лизаветой Николавной Тушиной. Это и проблема его тайного брака с Марьей Тимофеевной, брак с которой он намеревается сделать публично известным. А заодно и решение проблемы с её братцем - пьянчугой капитаном Лебядкиным, который тянет из него деньги и шантажирует.

Сразу после приезда у Николая Всеволодовича был неприятный случай с его бывшим другом Иваном Шатовым. Тот подошел к нему и, не говоря ни слова, ударил по лицу. Как выяснится позже, Шатов ударил Ставрогина за его "падение, за ложь".

Тут стоит отметить одну важную деталь: Ставрогин познакомился с Иваном Шатовым за несколько лет до этого. В ту пору Шатов был очень активным социалистом, был членом общества Петра Степановича Верховенского. У них начались беседы, в ходе которых Николаю Всеволодовичу удалось заронить в душу Шатова сомнение относительно истинности революции. Получилось так, что Ставрогин, в разговорах с Шатовым, позиционировал себя как ярого сторонника русского православия. И своей идеей он вдохновил Шатова.

И хотя тот не сразу поверил ему, но "семя-то осталось и возросло". И вот теперь, спустя два года (за это время Шатов успел побывать в Америке, а также пожить жизнью наёмного рабочего в Европе), мы видим его фанатично преданным русскому православию и русскому народу. Он ни во что не ставит свои прежние революционные идеи, и всегда во всех спорах в местном кружке по интересам отстаивает идею спасения России через её православие.

На этой ноте Ставрогин уединяется на неделю в доме матери. У него флюс на месте удара, но его это не очень волнует. Гораздо сильнее его тревожит полученное им очередное письмо от Гаганова Артемия Павловича. В этом письме тот всячески принижает Ставрогина, очевидно, он всё ещё злится на Ставрогина за ту проделку с его отцом в клубе (когда Ставрогин протащил его за нос у всех на виду).

Стврогин хочет порешить с Гагновым всё окончательно, для чего решает вызвать того на дуэль (чего, собственно, тот и добивается). Для этого он решает отправиться к Кириллову, своему бывшему товарищу, недавно вернувшемуся из заграницы. Но ему мешает Пётр Степанович, забежавший, едва только узнав, что Ставрогин вновь начал принимать посетителей. В разговоре с ним Николай Всеволодович теряет драгоценное время. В ходе разговора Верховенский, между прочим, пытается давить на Ставрогина, желая, возможно, прощупать того на предмет годности к своим замыслам. Ставрогин отвечает на все провокации хладнокровием.

Наконец, спровадив Петра Степановича, Николай Всеволодович отправляется в путь. Придя к Кириллову он рассказывает ему дело с Гагановым. Он предлагает Кириллову пойти секундантом и понести вызов. Тот соглашается. Затем у них происходит философский разговор, наподобие тех разговоров, что были у них прежде. Кириллов рассказывает Ставрогину свои теперешние мысли. Высказывает идею, что "все хороши и всё хорошо". На что Ставрогин, чтобы поймать его, тут же спрашивает: хорошо ли тогда, если кто-то умрёт с голоду или изнасилует маленькую девочку? Кириллов, скрепя себя, вынужден признать, что и это тоже хорошо. Но тут же добавляет, что хорошо будет, если кто-то голову за ребёнка размозжит. И если "не размозжит, и то хорошо".

Ставрогин оставляет Кириллова и идёт к Шатову, который живёт в этом же доме. Он поднимается к тому в мезонин, чтобы попросить присмотреть за своей женой, полубезумной Марьей Тимофеевной Лебядкиной, сестрой капитана Лебядкина. У них происходит длительная, полная эмоциональных всплесков и обвинений со стороны Шатова беседа. Наконец, Шатов прямо спрашивает Ставрогина: обманывал ли тот его, когда внушал ему идеи о боге и православии. На что Ставрогин искренне отвечает, что он "не шутил с ним тогда". А, напротив, рассуждая, как верующий, может быть, больше всего "хлопотал о себе". Что он при этом имел в виду, он не уточняет. Их разговор оканчивается эмоциональным разоблачением со стороны Шатова, он практически раскрывает причину поведения Ставрогина. Но ничего не может с этим сделать, и даже не знает, чего теперь сам ищет. Он полностью понимает, что впитал от Ставрогина не только идеи о величии русской веры и русского народа, но и извечную Ставрогинскую беспутность и нигилизм. В завершение он призывает Ставрогина "сходить к Тихону" (что тот и исполнит, но только в неизданной главе "У Тихона").

Наконец, закончив с Шатовым, у которого он задержался гораздо дольше, чем рассчитывал, Ставрогин отправляется уладить ещё одно дело, к уже упомянутому капитану Лебядкину. Но по дороге, на мосту его встречает Федька Каторжный, беглый заключенный с каторги. Федька просит у него "три рублика на чай", и всё время как-то туманно намекает, что может сделать Ставрогину некую услугу. Но Ставрогин заявляет, что ему ничего не нужно.

Оставив Федьку на мосту и пригрозив тому полицией, он приходит в дом к Лебядкиным. Капитан, обычно пьяный, в этот вечер совершенно трезв. Он встречает Ставрогиа, потчует его вином с закуской. После чего в ходе длительного разговора намекает, что хотел бы переехать жить в Питер. Он считает себя в праве требовать от Ставрогина всё, что ему заблагорассудится. Так как брак его сестры Марьи Тимофеевны со Ставрогиным - тайный, и, следовательно, он, Лебядкин, терпит от этого неудобства.

Но Николай Ставрогин отказывает ему. Напротив, он заявляет, что на днях готов "сделать свой брак повсеместно известным". После чего начинает уже сам додавливать Лебядкина, поскольку тот намеревается написать донос на тайную организацию Петра Степановича. Зачем Николай Всеволодович стал на сторону Верховенского, будучи абсолютно ко всему безразличен - вопрос отдельный. Во всяком случае ему удаётся до такой степени запугать Лебядкина, что тот и думать забывает шантажировать Ставрогина в дальнейшем.

Затем Ставрогин отправляется к Марье Тимофеевне, сестре Лебядкина и своей тайной жене, находящейся в соседней комнате. Он пытается достучаться до разума полубезумной женщины, и зовёт её с собой в Швейцарию. Но та грубо отвергает Николая Всеволодовича, очевидно, изменив о нём мнение после воскресных событий (когда Шатов ударил его по щеке). В довершение она кричит, что он (Ставрогин) хочет её зарезать. Что совсем уже выводит из себя Николая Всеволодовича. И в дальнейшем будет понятно, почему.

Сбежав из дома Лебядкиных от беснующейся Марьи Тимофеевны, Николай Всеволодович идёт назад к мосту, где его вновь поджидает Федька Каторжный. Он вновь предлагает Ставрогину свои услуги, вновь изъясняясь туманно. Николай Всеволодович сначала избивает его. Но затем, выслушав, что-то меняет у себя в уме. Он достаёт своё портмоне и бросает Федьке в лицо все свои деньги. Так что тот решает, что Ставрогин дал ему задаток за то, чтобы избавиться от Марьи Тимофеевны и её братца.

Дома Ставрогин намеревается немедля лечь спать. Но ему мешает Дарья Павловна, сестра Ивана Шатова, с которой у Николая Всеволодовича завязался роман, ещё со Швейцарии. У них происходит разговор, в ходе которого Ставрогин испытывает преданность ему Даши. Он рассказывает ей о том, что отдал Федьке все свои деньги в качестве задатка, и спрашивает, пошла бы она за ним "в лавочку" (то есть, осталась бы ему верна, зная, что он заплатил за убийство своей безумной жены)?

Даша просит не мучить её так. Но Ставрогин понимает, что она на всё готова, и в конце останется вместе с ним. Затем Даша уходит.

На следующий день Николай Всеволодович имеет ту самую дуэль, о которой хлопотал накануне. Кириллов также присутствует на дуэли в качестве секунданта. Дуэль оканчивается ничем, Артемий Гаганов так и остался неудовлетворён, а Николай Всеволодович уходит в испорченном настроении. Очевидно, он ожидал от дуэли некоего разрешения относительно себя (ну то есть, проще говоря, он надеялся, что Гаганов его пристрелит...). Именно потому он и предпринял все те действия накануне с визитами к Кириллову, Шатову и Лебядкиным. Впрочем, остаётся не совсем понятным, зачем тогда он спрашивал Марью Тимофеевну, согласна ли она будет поехать с ним в Швейцарию? Возможно, что под "Швейцарией" Николай Всеволодович понимал нечто совсем другое. Как Свидригайлов из "Преступления и наказания", а именно: смерть... И таким изощрённым образом спрашивал Марью Тимофеевну: готова ли она будет последовать вместе с ним на тот свет... Однако, получив от неё реакцию совершенно для себя неожиданную (она интуитивно угадала, что он замышляет убить её), он, тем не менее, не отступает. И когда Федька вновь попадается ему на пути, то соглашается загубить жизнь и Марьи Тимофеевны. Очевидно, рассчитывая, что на завтрашней дуэли он всё равно погибнет. То есть, с его стороны было преступное попустительство, которое обязательно возымеет свои мрачные последствия в романе.

Но всё обернулось совсем не так, как он рассчитывал. Дуэль обернулась насмешкой судьбы: Гаганов сумел лишь только поранить ему палец, да прострелить шляпу (впрочем, если бы он попал на пол-вершка ниже, то всё было бы кончено...). И вот, Николай Всеволодович вновь остаётся жить. Они едут вместе с Кирилловым домой, и у них вновь происходит некое подобие разговора по душам. Николай Всеволодович очень серьёзно относится к инженеру и внимательно слушает любые его слова. Алексей Нилыч заявляет, что Ставрогин не сильный человек, и что не знает, чего ищет. Николай Всеволодович, делано рассмеявшись, говорит: "Ищу бремени". Но эти слова, сказанные с видимым смехом, на самом деле являются истиной из его уст.

Вечером к нему ненадолго заходит жених Лизаветы Николаевны - Маврикий Николаевич со странной просьбой: он хочет "отдать" Ставрогину свою невесту. Поскольку понимает, что та всё равно от него сбежит к Николаю Всеволодовичу. Но Ставрогин вовсе не намерен принимать такой "дар", и напротив, играет в благородство. Потом выясняется, что Ставрогин ещё к тому же и женат, о чём Маврикий Николаевич даже не догадывался. В бешенстве тот высказывает Ставрогину всё, что о нём думает, и уходит.

Но тут же к Ставрогину в комнату подскакивает Пётр Степанович с предложением пойти к "нашим", то есть, на собрание революционеров. У одного из членов "пятёрки", Виргинского, именины, под тем предлогом и предполагается собраться. Ставрогина Пётр Степанович хочет представить там большой шишкой, как одного из членов-учредителей всего общества. Николай Всеволодович, под сильным впечатлением от сцены с Маврикием Николаевичем, и в большом веселье, соглашается тут же пойти.

Во время самого сборища Ставрогин почти всё время сидит молча. Лишь под конец, когда Пётр Степанович явно подставляет Шатова, он не выдерживает, и уходит, нарушая планы Верховенского. Тот тут же бросается за ним, оставив собрание. В подворотне у них происходит знаменательный разговор. Николай Ставрогин ясно видит, что Верховенский жаждет "захомутать" его, поставить в явную зависимость от себя, с какими-то ему одному ведомыми целями. И Николай Ставрогин спрашивает, на кой чёрт он ему нужен. Верховенский тут же выкладывает, как на духу, всё, что у него накипело в душе. Оказывается, он давно уже очарован Ставрогиным, и уготовил ему роль "Ивана Царевича", своего рода самозванца в новом обществе, которое наступит после революции. Ставрогин негодуя, отказывается. Верховенский не отступает, под конец Ставрогин бъёт его, и уходит к Кириллову.

У Кириллова происходит другая сцена. Пётр Степанович успевает догнать Ставрогина, когда тот заходит к Кириллову. Он показывает ему письмо Лебядкина в Петербург с доносом на всех. Таким образом, он хочет заручиться лояльностью Николая Всеволодовича в деле избавления от Лебядкина. Тайный замысел Петра Степановича при этом состоит в том, чтобы вместе с капитаном убить и его безумную сестрицу, тайную жену Ставрогина. И, тем самым, возыметь рычаг для давления на Ставрогина.

Далее по сюжету Верховенский в сподвижении "наших" к делу над Шатовым убеждает их, что Кириллов покончит с собой по приказу. Для подтверждения своих слов он приходит с Липутиным к нему на квартиру, где оказывается Федька, которому он хотел поручить убийство, каторжный прячется тут же, в кухне у Кириллова. Он пьян, и когда Верховенский, наконец, узнаёт, что он тут, и начинает с ним разговор на повышенных тонах, тот просто вырубает его ударом, после чего бежит.

Затем Ставрогин вновь затворяется от публики и от читателя, лишь изредка автор упоминает о нём. И только через несколько глав нам вновь показывают Ставрогина. На этот раз, они уединились в Скворешниках с Лизаветой Николаевной.

Отношение к окружающим[]

Отношение других персонажей к Ставрогину[]

В Главе 1-3 Липутин рассказывает о том, что Лебядкин назвал в разговоре Николая Всеволодовича "премудрым змием". Также он рассказывает, что Лебядкин под впечатлением от остроумия Николая Всеволодовича. Однако, оскорблен тем, что тот женился на его сестре тайно.

Петр Верховенский в

  • — Ставрогин, вы красавец! — вскричал Петр Степанович почти в упоении. — Знаете ли, что вы красавец! В вас всего дороже то, что вы иногда про это не знаете. О, я вас изучил! Я на вас часто сбоку, из угла гляжу! В вас даже есть простодушие и наивность, знаете ли вы это? Еще есть, есть! Вы, должно быть, страдаете, и страдаете искренно, от того простодушия. 

История создания[]

В. П. Полонский предположил, что реальным прототипом образа Ставрогина был петрашевец Н. А. Спешнев, который оказал большое влияние на молодого Достоевского.

Цитаты[]

  • — Извините, — действительно удивился Николай Всеволодович, — но вы, кажется, смотрите на меня как на какое-то солнце, а на себя как на какую-то букашку сравнительно со мной.
  • Мне жаль, что я не могу вас любить, Шатов.
  • Милая Дарья Павловна, Вы когда-то захотели ко мне „в сиделки“ и взяли обещание прислать за вами, когда будет надо. Я еду через два дня и не ворочусь. Хотите со мной?
  • Придет и после лавочки! — прошептал он подумав, и брезгливое презрение выразилось в лице его: — Сиделка! Гм!.. А впрочем, мне, может, того-то и надо. (О Даше)
  • Всё врут календари,— заметил было он с любезною усмешкой, но, устыдившись, поспешил прибавить: — по календарю жить скучно, Лиза.
Advertisement